Как (не) работает ВАК и его президиум: заметки бывшего инсайдера

Александр Муравьёв
Александр Муравьёв

Эта статья появилась в связи с окончанием моего трехлетнего срока работы в Высшей аттестационной комиссии (ВАК) при Минобрнауки, с мая 2016-го по апрель 2019 года. За это время накопился ряд материалов, в основном в виде кратких заметок с заседаний комиссии и ее президиума. Поскольку многое из накопленного может быть интересно и полезно в свете продолжающейся дискуссии о реформировании отечественной системы присуждения ученых степеней, считаю возможным и необходимым поделиться своими наблюдениями.

Мои заметки — это взгляд инсайдера и аутсайдера одновременно. Инсайдера — поскольку на протяжении трех лет мне довелось участвовать в большинстве пленумов ВАК и заседаний секции президиума по гуманитарным и общественным наукам. Аутсайдера — поскольку до 2016 года я не имел никакого отношения к российской системе присуждения ученых степеней. Ученая степень доктора экономики была присуждена мне в 2007 году находящимся во Флоренции Европейским университетским институтом (EUI), имеющим одну из лучших в Европе программ подготовки экономистов-исследователей. В предыдущем составе ВАК я был единственным представителем с ненострифицированной иностранной ученой степенью, по крайней мере так следует из документа, которым был утвержден предыдущий состав комиссии (распоряжение правительства РФ от 30 апреля 2016 года № 841-р). Мою абсолютную независимость по отношению к российской системе присуждения ученых степеней подчеркивает и тот факт, что по окончании работы над диссертацией в Италии мне довелось довольно долго работать в ведущих научно-исследовательских институтах Германии — Немецком институте экономических исследований (DIW Berlin) в Берлине и Институте экономики труда (IZA) в Бонне. Ни для кого не секрет, что ни в Италии, где получена ученая степень, ни в Германии, где я работал, нет ничего даже отдаленно напоминающего российскую централизованную систему во главе с ВАК и Минобрнауки.

I. Аттестация научных кадров: ВАК, его президиум и экспертные советы

Как известно, на Высшую аттестационную комиссию возложена функция государственной аттестации научных и научно-педагогических работников. Комиссия включает порядка полутора сотен членов, назначаемых распоряжением правительства на трехлетний срок и отбираемых (видимо, руководством Минобр­науки) из списка кандидатов, выдвигаемых РАН, вузами и иными научно-исследовательскими организациями.

Заседания (пленумы) ВАК как такового проводятся довольно редко, обычно раз в полгода, и посвящены «глобальным» вопросам аттестации, например обсуждению (одобрению) проектов законов и изменений в них, связанных с аттестацией нормативных актов Минобрнауки, мониторингу работы по оптимизации перечня журналов ВАК, оптимизации сети диссертационных советов и т. д. В целом пленумы представляют собой достаточно формальные мероприятия, поскольку материалы к ним раздаются только при регистрации, непосредственно перед заседанием. И в этих материалах уже представлены готовые проекты решений, в которые членам ВАК иногда удается внести ряд — как правило, не радикальных — поправок. Пленумы ВАК, таким образом, выполняют по большей части декоративную функцию.

В период между пленумами ВАК работает президиум ВАК, который и занимается вопросами присуждения и лишения ученых степеней. Численность президиума — порядка двух третей от численности ВАК. Его работа организована по четырем секциям: по медико-биологическим и аграрным наукам, по естественным и техническим наукам, по гуманитарным и общественным наукам, а также по военным наукам. В каждой секции порядка 20–30 членов.

ВАК включает большое число руководителей образовательных и научно-исследовательских организаций; президиум же в основном формируется из числа ученых, не являющихся руководителями организаций. Это негласное правило появилось сравнительно недавно, по всей видимости, с целью гарантировать наличие кворума на заседаниях президиума и повышения качества экспертизы — руководители организаций обычно перегружены и не располагают временем не только для внимательного изучения аттестационных дел, но и для участия в заседаниях президиума.

Важнейшим элементом системы являются экспертные советы по отдельным областям знания. Сейчас в ВАК функционируют 33 экспертных совета, каждый численностью не менее 30 человек (в самом большом экспертном совете по экономическим наукам чуть менее 50 членов). Задача экспертных советов — экспертиза поступающих из диссертационных советов дел, как по вновь защищенным работам, так и связанным с лишением ученой степени. Ключевая роль экспертных советов в нынешней системе объясняется тем, что именно они дают окончательную рекомендацию президиуму ВАК касательно каждого дела.

Основная работа президиума связана с рутинным утверждением аттестационных дел и выдачей рекомендаций Минобрнауки о присуждении ученых степеней (окончательное решение о присуждении ученой степени принимает не ВАК, а именно Минобрнауки). Рутинными в большинстве случаев являются и дела, связанные с лишением ученых степеней (на каждом заседании секции по гуманитарным и общественным наукам таких насчитывается минимум десяток, а то и два). Резонансными же, как правило, становятся только те дела о лишении ученой степени, фигурантами которых оказываются чиновники высокого ранга, депутаты, бизнесмены, руководители вузов и институтов. Именно эти дела являются своего рода лакмусовой бумажкой, сигнализирующей о проблемах существующей системы. На некоторых из этих дел я остановлюсь подробнее.

Рис. М. Смагина
Рис. М. Смагина

Пока же кратко обрисую общую схему работы президиума ВАК. По обычным делам, связанным с присуждением ученых степеней по результатам защиты диссертаций, она выглядит так. Поступившее в ВАК аттестационное дело направляется в профильный для него экспертный совет. В подавляющем большинстве случаев он дает положительную рекомендацию президиуму — присудить ученую степень. Далее аттестационное дело с рекомендацией экспертного совета попадает на заседание соответствующей секции президиума. Как правило, президиум соглашается с мнением экспертного совета и выдает окончательную рекомендацию Минобрнауки о присуждении соискателю ученой степени. Если же у членов экспертного совета возникают серьезные вопросы по диссертации, соискателя приглашают на заседание совета. Результатом нередко становится отрицательное решение экспертного совета — рекомендация не присуждать ученую степень. Далее получившие отрицательный вердикт экспертного совета соискатели приглашаются на заседание президиума. В целом президиум ВАК может согласиться как с положительным, так и с отрицательным мнением экспертного совета, а может проголосовать и за противоположное рекомендации совета решение. В последнем случае Порядок организации работы и проведения заседаний ВАК в императивном порядке требует создания согласительной комиссии из членов экспертного совета и президиума. Впрочем, мне не известны примеры создания таких согласительных комиссий. Даже в случае самых резонансных дел, привлекавших повышенное внимание, например дела министра культуры Мединского, согласительные комиссии в нарушение действующих правил не создавались.

Порядок рассмотрения заявлений о лишении ученой степени (ЗоЛУСов) иной. После поступления ЗоЛУСа в Минобрнауки он отправляется на экспертизу в диссертационный совет, присуждающий степени по соответствующей специальности. До недавнего времени такой первой инстанцией был диссертационный совет, ранее присудивший оспариваемую ученую степень. Это порождало серьезные проблемы в экспертизе — диссеродельные фабрики, в которых защиты липовых диссертаций поставлены на поток, бились до последнего, защищая недобросовестных ученых. С недавних пор (и во многом благодаря активности «Диссернета», из-за которой некоторые наиболее одиозные советы были закрыты) первичную экспертизу часто проводит другой, отличный от присудившего оспариваемую ученую степень диссертационный совет. Это заметно усилило независимость и повысило качество экспертизы. Далее решение диссертационного совета касательно обоснованности ЗоЛУСа поступает в профильный экспертный совет ВАК. На основании решения диссертационного совета и по результатам собственной экспертизы он выдает рекомендацию президиуму. В свою очередь президиум формулирует финальную рекомендацию Минобрнауки по делу. Окончательное решение о сохранении/лишении ученой степени принимает министерство. Важно, что на всех этапах рассмотрения дела — в диссертационном совете, экспертном совете и президиуме ВАК — на соответствующие заседания приглашаются заявители и обладатель оспариваемой ученой степени. Таким образом, дела, связанные с лишением ученой степени, сопряжены со значительными издержками (по меньшей мере, временны́ми) для всех участвующих сторон: для заявителей — на написание ЗоЛУСов; для проводящих экспертизу структур, диссертационных советов, экспертных советов ВАК и его президиума — на собственно экспертизу ЗоЛУСов.

II. Как работает Президиум ВАК?

Президиум ВАК заседает ежемесячно (кроме августа) по пятницам. Работа организована по четырем секциям, заседающим в разное время. Как правило, в первую рабочую пятницу заседает секция по медико-биологическим и аграрным наукам, во вторую — секция по естественным и техническим наукам, в третью пятницу — секция по военным наукам (с 10:00 до 11:00), а также секция по гуманитарным и общественным наукам (с 11:00).

До весны 2017 года деление на секции было достаточно условным — любой член ВАК мог присутствовать на заседании любой секции президиума (за исключением секции по военным наукам). С мая 2017 года разделение на секции стало более жестким: круг лиц, допускаемых к заседанию каждой секции президиума, стал ограничен членами этой секции, членами ВАК, не являющимися членами президиума, но обладающими учеными степенями по относящимся к секции областям науки, а также руководством ВАК и представителями Минобрнауки. Например, математики и биологи, являющиеся членами ВАК (или же ВАК и его президиума), были лишены права присутствовать на заседаниях секции по гуманитарным и общественным наукам. Логика такого ужесточения далеко не очевидна: так, диссертация по математической экономике может быть понятна скорее математикам, чем юристам или историкам, заседающим вместе с экономистами в секции по гуманитарным и общественным наукам. Истинные же причины ужесточения связывают с активностью нескольких «непрофильных» членов президиума ВАК, в первую очередь одного из основателей «Диссернета» биолога М. С. Гельфанда, ставившего перед руководством ВАК неудобные вопросы, особенно на заседаниях секции президиума по гуманитарным и общественным наукам [1].

Как правило, на заседаниях президиума ВАК первыми рассматриваются так называемые вызывные дела. Как видно из названия, это дела, по которым приглашены (вызваны) соискатели ученой степени (либо обладатели оспариваемых ученых степеней). В первом случае речь идет о приглашении на президиум диссертантов, к работам которых у экспертного совета были и остались серьезные вопросы, и совет рекомендует не присуждать ученую степень. Во втором случае речь идет о кандидатах и докторах наук, в отношении которых поданы ­ЗоЛУСы. На президиум приглашают тех ученых, кто получил отрицательную рекомендацию экспертного совета (лишение ученой степени), либо же тех, кого, несмотря на положительную рекомендацию экспертного совета (т. е. не лишать ученой степени), посчитал необходимым увидеть президиум.

Общая схема прохождения вызывных дел на президиуме выглядит так. Сотрудник секретариата зачитывает краткую справку по вызывному делу, далее выступает представитель профильного экспертного совета, задача которого — проинформировать президиум ВАК об основных претензиях к диссертации и о вердикте совета по рассматриваемому делу. Затем члены президиума имеют возможность задать несколько вопросов докладчику от экспертного совета. Далее в зал заседаний приглашается вызванный, а в случае ЗоЛУСа — еще и представитель заявителей. Представитель экспертного совета, представитель заявителей и члены президиума поочередно задают вызванному на заседание вопросы. В случае ЗоЛУСа права заявителей ограничены возможностью задать три вопроса вызванному. Никакие комментарии и пояснения к делу с их стороны не допускаются. Вызванным на заседание президиума предоставляется возможность подробно ответить на заданные вопросы. Какие-либо выступления и обращения с их стороны не предусмотрены и, как правило, пресекаются председательствующим. Далее вызванный соискатель или обладатель оспариваемой ученой степени (а в случае ЗоЛУСа — и представитель заявителей) выходят из зала заседаний. Президиум за закрытыми дверями обсуждает дело и голосует за ту или иную рекомендацию министерству. По окончании голосования вызванный (и представитель заявителей) приглашаются в зал для оглашения рекомендации президиума.

Рассмотрение вызывных дел президиумом нередко затягивается на несколько часов. По завершении этих дел президиум, как правило, рассматривает вопросы о диссертационных советах (создание, приостановка, закрытие, изменение состава) и журналах списка ВАК. Далее следует рассмотрение стандартных (невызывных) аттестационных дел соискателей. Это довольно рутинный процесс, по умолчанию подразумевающий одобрение президиумом рекомендаций экспертных советов. В редких случаях он прерывается вопросами членов президиума, обративших внимание на странное название работы, неудачную формулировку ее научной новизны или же неоднозначное голосование членов диссертационного совета. Как правило, сотрудник секретариата в течение минуты-двух зачитывает краткую справку по аттестационному делу, председательствующий на заседании спрашивает, есть ли у членов президиума вопросы, и если вопросов нет, то дело считается одобренным и президиум переходит к следующему. В английском языке для таких случаев есть хорошая метафора — rubber stamp (по-русски «резиновая печать»).

III. Проблемы в работе ВАК

Я далек от того, чтобы представить исчерпывающий анализ всех проблем, с которыми сталкивается ВАК в своей работе. Поэтому выделю три ключевые, на мой взгляд, проблемы.

1. Число рассматриваемых дел на каждом заседании огромно, а информации для квалифицированного принятия решений недостаточно.

Повестка ближайшего заседания каждой секции становится известна за два-три дня до пятницы, обычно в среду. В ней указан список дел к рассмотрению, включая, помимо приходящих из диссоветов обычных дел о присвоении ученой степени, дела о лишении ученой степени, вопросы утверждения и изменения составов диссоветов, включения журналов в список ВАК и др. Стандартные дела (присвоение степени по результатам защиты) сгруппированы по экспертным советам — по экономическим наукам, по педагогике и психологии, по политологии и т. д. По этим делам в рассылаемой повестке фигурируют ФИО диссертантов и электронный адрес объявления о защите. Теоретически это дает возможность членам секции президиума ознакомиться с диссертациями. На практике это затруднено по причине большого числа аттестационных дел и небольшого временного интервала от получения повестки до заседания. Например, на заседании секции президиума по гуманитарным и общественным наукам 15 февраля 2019 года в повестке значились 72 стандартных аттестационных дела, а сама повестка была выслана членам президиума только 13 февраля в 15:55 по московскому времени, то есть за полтора дня до заседания.

По делам о лишении ученой степени повестка еще более лаконична. В ней указаны лишь имена заявителей и имена кандидатов/докторов наук, против которых подано заявление. Больше никаких материалов, включая ссылки на внешние ресурсы, где можно было бы почерпнуть какую-либо информацию по этим делам, нет. Таким образом, если член президиума в течение полутора дней до заседания не проявит личной инициативы по поиску дополнительной информации касательно ЗоЛУСов (в Интернете, через коллег и т. п.), он явится на заседание президиума абсолютно неподготовленным и фактически будет вынужден принимать решение на слух или же после поверхностного знакомства с материалами дела. И вот почему.

Перед началом заседания на столах, занимаемых членами президиума, оказываются материалы для рассмотрения. Как правило, это стопка листов А4 высотой 5–7, иногда 10 см и более. Документы распечатаны по две страницы на каждой стороне листа, то есть лист А4 вмещает четыре страницы текста. Стандартные дела умещаются, как правило, на 3–4 листах (включая заключение экспертного совета) или на 12–16 страницах текста. Дела о лишении ученой степени намного объемнее, поскольку содержат текст ЗоЛУСа, стенограмму рассмотрения дела диссертационным советом, результаты рассмотрения дела экспертным советом. Нередко одно дело занимает более десяти листов А4 (40 страниц текста). Предполагается, что с содержанием этих пачек бумаг члены президиума успевают ознакомиться (и вникнуть в детали каждого дела) непосредственно на заседании. При десяти и более вызывных делах (например, в повестке заседания секции президиума по гуманитарным и общественным наукам 19 апреля 2019 года значилось 15 вызывных дел о лишении ученой степени) это едва ли возможно.

Практически те же проблемы (недостаток времени на качественный и неформальный анализ огромного числа аттестационных дел и дел о лишении ученых степеней, отсутствие полноценного электронного документооборота, отсутствие возможности проводить заочные заседания и т. п.) возникают и в работе экспертных советов. Об этом известно давно, в том числе благодаря деятельности Совета по науке при Минобр­науки [2]. Но по большому счету воз и ныне там.

2. Слабые стимулы к качественной экспертизе у членов ВАК и экспертных советов.

И ВАК, и его экспертные советы формируются из списка кандидатов, выдвигаемых РАН, вузами и иными научно-исследовательскими организациями. Для членов ВАК и его президиума не предусмотрено какого-либо вознаграждения, несмотря на тяжелую и требующую значительных затрат времени и сил работу по анализу многочисленных аттестационных дел (разумеется, если к этой работе не подходить чисто формально). Более того, для иногородних членов ВАК не предусмотрено даже возмещение командировочных расходов со стороны Минобрнауки. Эти расходы по сложившейся практике несут организации, делегировавшие своих представителей в комиссию.

Подобная ситуация характерна и для экспертных советов ВАК. До 2013 года работа членов экспертных советов оплачивалась, но по чрезвычайно низким расценкам (почасовая ставка равнялась 330 руб.), и плата была полностью отменена постановлением правительства № 842 от 24 сентября 2013 года.

Владимир Филиппов ("Википедия")
Владимир Филиппов («Википедия»)

Эти факты свидетельствуют по меньшей мере о недостаточной мотивации членов ВАК и экспертных советов к качественной экспертизе диссертационных работ. И, вероятно, о возможных злоупотреблениях. Не так давно на возможность появления теневых механизмов, приводящих к необъективному рассмотрению аттестационных дел и махинациям при присуждении ученых степеней, указывал и ныне действующий председатель ВАК В. М. Филиппов [3]. О проблеме известно давно, но она не решается.

3. Члены президиума зачастую не могут сформировать собственного квалифицированного мнения по рассматриваемым делам.

В каждую секцию президиума входят несколько десятков специалистов, представляющих разные области науки. Например, в секции по гуманитарным и общественным наукам в примерно равных пропорциях представлены филологи, социологи, политологи, историки, философы, юристы и экономисты. Решения принимаются простым большинством голосов присутствующих на заседании президиума. Теперь представим себе ситуацию, когда решается вопрос о соответствии/несоответствии какой-то диссертации в узкой области права или в области математических методов исследования экономики паспорту специальности. Каким образом голосуют, скажем, филологи или историки? Нетрудно догадаться, что в большинстве подобных случаев самостоятельного мнения они сформировать не могут. Как показывает практика, ориентируются члены президиума на заключение профильного экспертного совета и на позицию председательствующего на заседании, если она в достаточной мере акцентирована. Непредвзятость и добросовестность обоих становится ключевым фактором принятия качественных решений президиумом.

К сожалению, практика работы президиума показывает, что эти важнейшие принципы соблюдаются экспертными советами и председательствующими далеко не всегда. Рассмотрение целого ряда дел указывает на признаки манипулирования президиумом. Далее я остановлюсь на четырех нашумевших делах с акцентом на том, что происходило в зале заседания президиума ВАК.

IV. Рассмотрение на президиуме некоторых резонансных дел

1) Дело В.Р. Мединского, рассмотрено президиумом 20.10.2017. Владимир Ростиславович Мединский — доктор политических наук, доктор исторических наук, министр культуры РФ с 2012 года.

Это дело любопытно прежде всего тем, что является едва ли не единственным, по которому — в силу уникальных обстоятельств — доступна полная стенограмма заседания Президиума ВАК. Это следствие опрометчивости представителей Минобрнауки, которые в ходе судебного заседания по следам рассмотрения дела г-на Мединского президиумом (иск К.Ю. Ерусалимского к Минобрнауки в связи с нарушением Положения о ВАК в части несоздания комиссии, предусмотренной п. 20 Положения) умудрились сослаться на стенограмму заседания президиума, которая была тут же истребована судом. Хоть и с заметным лагом, стенограмма стала доступна общественности. С ней и сейчас можно ознакомиться на сайте «Диссернета» [4].

В отличие от большинства заявлений о лишении ученой степени (ЗоЛУСов), подаваемых представителями «Диссернета» и акцентирующих факты некорректных заимствований (плагиата), претензии к диссертации министра культуры были выдвинуты группой историков (В.Н. Козляков, К.Ю. Ерусалимский, И.Ф. Бабицкий), посчитавших ее ненаучной. В частности, в ЗоЛУСе прямо сказано, что докторскую диссертацию г-на Мединского по истории «в принципе нельзя считать историческим исследованием — настолько она пестрит грубейшими ошибками, которые трудно себе представить даже в курсовой работе студента исторического факультета» (с. 1–2). Ознакомиться с заявлением о лишении ученой степени можно по ссылке [5].

Краткая хронология рассмотрения этого дела следующая. ЗоЛУС был изначально направлен Минобрнауки на экспертизу в диссертационный совет Уральского федерального университета (г. Екатеринбург), но вскоре был из него отозван по причине нарушения сроков рассмотрения дела. Далее ЗоЛУС был направлен в диссертационный совет МГУ, который, однако, отказался рассматривать дело по существу (сославшись на отсутствие обвинений в плагиате). В результате ЗоЛУС был передан на рассмотрение диссертационного совета по истории Белгородского государственного университета, давшего положительное заключение по диссертации г-на министра. Далее дело попало в экспертный совет ВАК по истории, который, подробно изучив все аргументы сторон, в том числе заключение диссовета Белгородского университета, в октябре 2017 года подавляющим большинством голосов проголосовал за отрицательную рекомендацию по диссертации г-на Мединского, предложив лишить его ученой степени доктора исторических наук. Текст заключения размещен по ссылке [6].

Заседание Президиума ВАК состоялось 20 октября 2017 года и вызвало заметный ажиотаж. У здания Минобрнауки на Люсиновской, 51 с самого утра образовалось скопление журналистов.

Само заседание проходило в очень нервозной обстановке (которую стенограмма отражает лишь отчасти) и под явным прессингом председательствующего В.М. Филиппова. В частности, председательствующий снял с рассмотрения два из трех вопросов заявителей; неоднократно подчеркивал, что поддержавший ЗоЛУС экспертный совет находится в меньшинстве (по мнению председательствующего, диссоветы МГУ и Белгородского университета поддержали министра и лишь один только экспертный совет ВАК по истории высказался против); санкционировал выступление на заседании Президиума ВАК заранее приглашенных сторонних экспертов, поддержавших г-на Мединского; изменил порядок постановки на голосование альтернативных вариантов решения (как правило, на заседаниях Президиума ВАК первым ставят на голосование предложение экспертного совета, а потом альтернативы; здесь же по непонятной причине первым была проголосована позиция Белгородского университета). Наконец, Положение о ВАК обязывает в случае расхождений рекомендаций президиума и экспертного совета создавать согласительную комиссию. Этого также не было сделано. Грубые нарушения порядка организации работы и проведения заседания были подчеркнуты в заявлении членов ВАК и экспертных советов ВАК, с которым можно ознакомиться по ссылке [7].

Как известно, президиум в итоге проголосовал за сохранение ученой степени министру. В поддержку ЗоЛУСа и мнения экспертного совета по истории проголосовало шесть человек. Это дело стало ярким примером того, как, сталкиваясь с серьезным давлением извне и изнутри ВАК, в том числе со стороны председательствующего на заседании, президиум голосует против четко аргументированного мнения экспертного совета.

2) Дело Ю.А. Антохиной, рассмотрено президиумом 16.02.2018. Юлия Анатольевна Антохина — доктор экономических наук, профессор, ректор Санкт-Петербургского государственного университета аэрокосмического приборостроения с 2014 года.

Это дело рассматривалось в феврале 2018 года, когда в рамках ВАК функционировало два экспертных совета по экономике — Экспертный совет по экономической теории, финансам и мировой экономике и Экспертный совет по совет по отраслевой и региональной экономике (радикально обновленные и объединенные весной 2018 года в Экспертный совет по экономическим наукам). Экспертный совет по отраслевой и региональной экономике снискал себе печальную славу яростного защитника диссертаций со множественными некорректными заимствованиями [8]. Дело г-жи Антохиной стало одним из последних громких кейсов этого экспертного совета.

На сайте «Диссернета» дело можно найти по ссылке [9]. Основная претензия, сформулированная в ЗоЛУСе, — некорректные заимствования из 11 источников на 48 страницах диссертации. Кейс стал ярким примером агрессивной защиты диссертанта со стороны экспертного совета с применением всех возможных методов, включая откровенную демагогию, равно как и давление на президиум со стороны председательствующего.

Об уровне дискуссии свидетельствует такой факт. На нескольких страницах диссертации, защищенной в 2014 году, приведена классификация задач математического программирования, практически идентичная классификации другого автора (назовем его К.), напечатанной в некоем научном журнале в 2004 году (работа имеется в РИНЦ). Более того, классификация не является общим местом в диссертации, а упомянута в выводах и результатах к ее пятой главе: «Определены виды Парето-оптимальных решений векторных задач — ПОРВЗ, предложена их классификация и разработан алгоритм поиска» (диссертация, с. 231, п. 6).

В ряду прочих текстуальных совпадений совпадения текста диссертации с текстом К. обнаружены заявителями о лишении ученой степени и отмечены в ЗоЛУСе. Но экспертный совет по экономике фактически закрыл глаза на этот факт. На вопрос члена Президиума ВАК, почему такое заимствование текста К. сочтено правомерным ЭС признает, что да, текст действительно заимствован, но не у К., а у другого автора, у которого в свое время позаимствовал его сам К. Таким образом, по мнению экспертного совета, нет оснований утверждать, что диссертант позаимствовал текст у К., что указано в ЗоЛУСе! Иными словами, рассмотрение вопроса по существу — о наличии в диссертации чужого текста, да еще и упомянутого в выводах и результатах к одной из глав диссертации, — подменяется дискуссией о том, правильно ли заявители указали первоисточник заимствования! Но ведь сути дела это не меняет: текст-то чужой и некорректное заимствование налицо!

В этот момент инициативу берет председательствующий В.М. Филиппов и под предлогом того, что кейс с заимствованием К. или у более раннего источника вообще не отражен в ЗоЛУСе («Почему мы это обсуждаем? Я не вижу упоминания К. в оригинальном заявлении!»), прекращает дискуссию и требует не принимать во внимание всё предшествующее обсуждение. В такой ситуации необходима быстрая реакция членов президиума — если они не отреагируют мгновенно, выразив протест (а для этого необходимо очень хорошо ориентироваться в многостраничном тексте ЗоЛУСа, что для большинства участников заседания, видящих документы впервые, почти нереально), вопрос с подачи председательствующего снимается с рассмотрения. Что и произошло в данном случае.

Предвзятая позиция председательствующего проявилась также в одергивании представителя заявителей, которому не была дана возможность задать три вопроса диссертанту (как уже говорилось, это единственное, что позволено заявителям по регламенту; вводить президиум в суть дела о лишении ученой степени они не вправе). На втором вопросе представитель заявителей был прерван председательствующим, лишен слова и удален из зала заседаний.

Ответы самой г-жи Антохиной на вопросы членов президиума строились по одной общей схеме: подобный вопрос уже задавался экспертным советом, я на него ответила на заседании экспертного совета, и экспертный совет моим ответом остался удовлетворен. Поэтому повторяться не имеет смысла.

Наконец, имела место поддержка со стороны заинтересованных членов ВАК. В данном случае на заседание президиума явился ректор Санкт-Петербургского государственного экономического университета (и, по счастливому стечению обстоятельств, член ВАК, хотя и не его президиума). Именно диссертационный совет СПбГЭУ в 2014 году присудил г-же Антохиной докторскую степень. Суть выступления ректора Максимцева в защиту диссертанта сводилась к тому, что «Диссернет» сознательно выдвигает претензии к «талантливым управленцам», чтобы привлечь к себе внимание. Таким образом, внимание членов президиума было переключено на (истинные или мнимые) мотивы обращения «Диссертнета» с заявлением о лишении г-жи Антохиной ученой степени.

Вследствие ангажированной позиции экспертного совета, давления со стороны председательствующего и вмешательства заинтересованных в положительном исходе дела членов ВАК президиум отклонился от рассмотрения вопроса по существу и рекомендовал сохранить Ю.А. Антохиной ученую степень.

3) Дело Д.Д. Цыренова, рассмотрено президиумом 22.03.2019. Даши Дашанимаевич Цыренов кандидат экономических наук, заведующий кафедрой эконометрики и прикладной экономики Бурятского государственного университета, заместитель директора Института экономики и управления БГУ по профориентационной работе.

Г-н Цыренов защитил свою кандидатскую диссертацию в 2012 году в возрасте 23 лет. Согласно заявлению «Диссернета» о лишении ученой степени от 2017 года, в диссертации были найдены обширные заимствования из трудов Петра Анисимова, Альбины Шайдуллиной, Алексея Буркова, Долгормы Цыденовой и других, всего более чем на полусотне страниц. Кейс размещен на сайте «Диссернета» [10].

В мае 2018 года диссертационный совет при РЭУ им. Г.В. Плеханова согласился с позицией заявителей о многочисленных некорректных заимствованиях в диссертации г-на Цыренова и рекомендовал лишить его ученой степени. Дело ушло в экспертный совет ВАК по экономическим наукам, и на этом этапе неожиданно появились две книги г-на Цыренова, материалы которых были якобы использованы им при написании диссертации. Особую пикантность ситуации придает тот факт, что книги были (или же не были?) изданы в 2003 и 2005 годах, когда соискателю было 15 и 17 лет соответственно, в монгольском издательстве «Адмон», архив которого не сохранился. Существенно, что сами книги не вошли не только в автореферат, но и в список литературы самой диссертации, защищенной в 2012 году.

Итого: если две книги были действительно написаны, причем именно в 2003 и 2005 годы, то по меньшей мере значительная часть претензии к г-ну Цыренову касательно плагиата работ других ученых должна быть снята, поскольку книги подтверждают его приоритет. Но здесь начинается интересное. Например, книга, якобы изданная в 2005 году, на с. 75 цитирует «Концепцию долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 года», которая была утверждена правительством РФ только в 2008 году, причем президентское поручение о ее подготовке было дано только в 2006 году. Получается, что 17-летний юноша предвосхитил ход мыслей, распоряжения и указания президента и правительства РФ.

Экспертный совет по экономическим наукам, тщательно взвесив все аргументы заявителей и диссертанта, 20 декабря 2018 года принял решение рекомендовать ВАК лишить г-на Цыренова ученой степени, и 22 марта 2019 года дело попало на Президиум ВАК.

Выступавший от экспертного совета по экономике проф. Харламов не стал вводить членов Президиума ВАК в курс дела о плагиате, о том, сколько страниц и из каких источников предположительно заимствованы диссертантом. Вместо этого он сразу же стал рассуждать о проблеме датировки двух книг. Это ввело многих членов президиума, не успевших толком ознакомиться с делом, в замешательство: какое отношение к делу о некорректных заимствованиях имеют книги, давным-давно изданные (или не изданные) в Монголии? Интересно, что уточняющие вопросы председательствующего В.М. Филиппова о том, на каких страницах диссертации г-на Цыренова экспертный совет нашел плагиат и из каких работ, проф. Харламова оставил без адекватного ответа. В целом его выступление было исключительно плохо подготовлено.

Далее в зал заседаний президиума пригласили г-на Цыренова. В нарушение сложившейся практики председательствующий позволил г-ну Цыренову выступить с речью, в которой тот поделился фактами о своем тяжелом детстве — ранней потере отца, не позволившей ему поехать на учебу в Монголию и продолжить научную карьеру за пределами Бурятии, — а также о попытке развивать науку вдалеке от крупных научных центров. Тем самым внимание членов президиума было вновь отвлечено от сути претензий «Диссертнета» к работе г-на Цыренова.

После выхода г-на Цыренова из зала заседаний председательствующий В.М. Филиппов фактически возложил вину за нарушения в работе над диссертацией на научного руководителя. Последовавшее обсуждение членами президиума то и дело скатывалось к сочувственным высказываниям по поводу непростой судьбы молодого бурятского ученого.

Наконец председательствующий грубо нарушил правила принятия решений ВАК на этапе подсчета голосов. Решение считается принятым, если за него проголосовало более половины членов ВАК, участвующих в заседании президиума. В заседании участвовали шестнадцать человек. За лишение было четыре человека. А сколько голосов было подано против, элементарно не было подсчитано. Председательствующий лишь заявил, что их «больше, чем за». Голоса воздержавшихся тоже никто не считал.

Примечательно, что после оглашения — в присутствии г-на Цыренова — решения президиума В.М. Филиппов по-отечески пожурил молодого ученого, строго велев ему извлечь уроки из решений диссертационного совета и экспертного совета.

Через несколько дней после этого скандального решения президиума мной была подана жалоба на имя замминистра Г.В. Трубникова по поводу нарушений процедуры рассмотрения дела г-на Цыренова. Резолюцией замминистра дело вернулось в Президиум ВАК. На заседании Президиума 19 апреля 2019 года председательствующий В.М. Филиппов без детального информирования о подоплеке дела (ссылаясь лишь на резолюцию замминистра Г.В. Трубникова) предложил вернуть его в экспертный совет по экономическим наукам. Президиум с этим согласился без обсуждения. Дело Цыренова повторно рассмотрит уже новый состав ВАК.

4) Дело К.Г. Прокофьева, рассмотрено президиумом 19.04.2019. Прокофьев Константин Георгиевич, кандидат юридических наук, до недавнего времени — и.о. ректора Курганского государственного университета.

Дело в отношении и.о. ректора Курганского университета тянулось с ноября 2017 года, когда представителями «Диссернета» был направлен в Минобрнауки соответствующий ЗоЛУС. Суть дела хорошо изложена в многочисленных публикация в прессе, равно как и на сайте «Диссернета». Вкратце: в диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук, защищенной в диссовете при Московском гуманитарном университете в 2014 года, обнаружились многочисленные заимствования из источников, опубликованных несколькими годами ранее, а именно в 2011 и 2012 годах. В качестве оправдания (доказательства приоритета своего авторства) г-ном Прокофьевым была представлена монография, якобы изданная в 2010 году. Существенно, что текст монографии 2010 года изобилует отсылками к законодательству, принятому в 2012–2013 годах, равно как и другими фактами, относящимися к более позднему – по сравнению с указанной датой издания книги – периоду. С деталями кейса можно ознакомиться по ссылкам [11] и [12].

ЗоЛУС в отношении г-на Прокофьева был изначально направлен в диссертационный совет при РУДН, а затем — ввиду допущенных советом при рассмотрении дела процедурных нарушений — в диссертационный совет при Саратовской государственной юридической академии. В обоих случаях ЗоЛУС был признан необоснованным. К такому же выводу пришел и экспертный совет ВАК по праву. С такой историей дело г-на Прокофьева попало в апреле 2019 года в Президиум ВАК.

Это дело примечательно прежде всего эшелонированной обороной и ангажированной позицией экспертного совета ВАК по праву, яростно защищавшего г-на Прокофьева. На амбразуру кинулась сама глава экспертного совета Елена Юрьевна Грачева, первый проректор Московского государственного юридического университета имени О.Е. Кутафина. Ничтоже сумняшеся она заявила, что экспертный совет не видит оснований для лишения г-на Прокофьева ученой степени, так как бесспорных доказательств, что его монография была издана после 2010 года, нет.

Поскольку часть членов президиума была подготовлена к рассмотрению этого кейса, в адрес г-жи Грачевой посыпались неудобные вопросы типа «Каким образом в книге 2010 года издания могли быть отсылки к решению Конституционного суда от 2013 года?» или же «Каким образом в изданной в 2010 году книге указано количество политических партий, соответствующее ситуации не 2010 года, а 2012 года, после либерализации требований закона к минимальному количеству членов партий?». Ответы в стиле «Количество партий можно считать по-разному, поэтому можно сказать, что и в 2010 году в России существовали десятки партий», а «Судьи Конституционного суда при вынесении решений могут принимать во внимание ранее сформулированную позицию ученых юристов» (при том что само рассмотренное Конституционным судом дело возникло после заявленной даты выхода книги в свет, т.е. после 2010 года) показали ангажированность экспертного совета и лично ее главы.

Среди членов президиума возник ропот и комментарии о том, что в этом деле уж слишком много странных нестыковок. Возмущение среди членов президиума вызвала и совершенно не относящаяся к делу ремарка г-жи Грачевой, что в адрес экспертного совета поступило обращение от ветеранских организаций Курганской области в поддержку и.о. ректора Прокофьева.

Гвоздем в крышку гроба диссертации г-на Прокофьева стало подписанное вице-президентом РАН А.Р. Хохловым письмо-заключение Комиссии РАН по противодействию фальсификации научных исследований. Проведенная по поручению этой комиссии экспертиза показала, что книга не могла появиться ранее 2012–2013 годов, т.е. авторство приведенного в ней текста принадлежит не г-ну Прокофьеву, а другим юристам. Несмотря на попытки председательствующего В.М. Филиппова дезавуировать значение этого письма (на том основании, что его регистрация в Минобрнауки затянулась, оно не имеет официального статуса и не может быть приобщено к делу), несколько членов президиума указали, что игнорирование Президиумом ВАК заключения Комиссии РАН по противодействию фальсификации научных исследований и оправдание г-на Прокофьева чревато грандиозным скандалом. В этой ситуации В.М. Филиппову не оставалось ничего иного, кроме как предложить вернуть дело в экспертный совет по праву с тем, чтобы последний рассмотрел заключение комиссии РАН.

Как известно, вскоре после этого (и не дожидаясь решения ВАК по диссертации) г-н Прокофьев покинул пост ректора «по соглашению сторон». Заявление о лишении ученой степени, оставшееся в ВАК, будет теперь рассмотрено новым составом комиссии.

5) Закрытие диссертационного совета по экономике Стандартинформа, 17.11.2018 [13].

Про диссовет Стандартинформа написано очень много. Его закрытие стало важной победой «Диссернета». Спусковым крючком стало обращение курирующего ВАК замминистра Г.В. Трубникова «в связи с систематическими нарушениями в деятельности совета», которое легло на хорошо подготовленную почву.

На ноябрьском 2017 года заседании президиума возникла очередная длительная перепалка между членами президиума и представителями (к настоящему времени почившего в бозе) Экспертного совета по отраслевой и региональной экономике (председатель — Б.Н. Порфирьев) как раз по поводу защит в диссовете Стандартинформа. В ходе этой перепалки члены Президиума в очередной раз увидели, что с диссоветом что-то не так и необходимо срочно принимать меры. Кроме того, строго нейтральную позицию во время всего ноябрьского заседания занимал председательствовавший В.М. Филиппов (что было отчетливо видно на фоне предвзятого ведения им октябрьского заседания, где рассматривался кейс министра культуры).   

Проблемы диссовета Стандартинформа на ноябрьском заседании начались с того, что с октябрьского заседания в ВАК были вызваны все клиенты «Диссернета», даже те, кто был оправдан диссоветами и экспертными советами. На октябрьском заседании В.М. Филиппов предлагал пропустить эти дела по-быстрому (отказ в ЗоЛУСе от диссовета + отказ от экспертного совета = ВАК оставляет ученую степень без детального рассмотрения). Однако члены президиума настояли на вызове всех клиентов «Диссернета», сославшись на тот факт, что, как видно в случае с только что рассмотренным делом В.Р. Мединского, президиум далеко не всегда соглашается с мнением экспертного совета. Поэтому нельзя исключать, что президиум не согласится с мнением экспертного совета и по диссернетовским делам. Председательствующий В.М. Филиппов, находившийся в благодушном настроении после благоприятного исхода по делу министра культуры, с этим согласился.

Клиенты «Диссернета», прежде оправданные экспертным советом по отраслевой и региональной экономике и вызванные на ноябрьское заседание президиума, на заседание не явились. Как выяснилось, они не являлись также и на заседания экспертного совета (и, несмотря на это, были оправданы). Кто-то из президиума предложил, что в случае неявки по вызовам в диссовет и экспертный совет, необходимо лишать провинившихся ученой степени автоматически. На что В.М. Филиппов заметил, что так нельзя, люди могут болеть и т.п. Мы же не знаем точно, почему они не явились и не ответили на вызов в ВАК.

Последовавшие выступления представителей Экспертного совета по отраслевой и региональной экономике по вызывным делам напоминали проповеди (кто когда-либо слышал выступления проф. Нижегородцева, поймет, о чем речь). Все клиенты «Диссернета» поголовно оправданы экспертным советом. А основными аргументами для оправдания были совместные публикации (при этом не упомянутые ни в автореферате, ни в диссертации), совместное авторство, которое невозможно разделить, а также тот факт, что масштабные заимствования (пересечения текстов) ну никак не влияют на научную новизну работ. Две работы идентичны на 70% и более, но вот научная новизна у них совершенно разная (любимый аргумент проф. Нижегородцева).

Далее последовали неудобные вопросы от членов президиума в адрес экспертного совета. Была дана ссылка на конкретную страницу диссертационного дела г-на Рыцева, где были приведены (дословно) абзацы из дела диссертанта и другой, ранее защищенной диссертации, при этом полностью совпадавшие, с просьбой к экспертному совету назвать совместную публикацию, в которой имеется именно этот текст. Представитель экспертного совета, очевидно, растерялся. В дискуссию немедленно и эмоционально вступил председатель экспертного совета проф. Порфирьев, заявивший, что ЭС делает свою работу добросовестно, тратит массу времени, но бремя поиска источников таких совпадений по каждому мелкому кейсу нести не может. И в очередной раз посетовал на отсутствие процедуры принятия решений в случаях неразделяемого авторства. На каком основании лишать ученой степени? Ведь есть совместные труды (хотя и не указанные ни в диссертации, ни в автореферате, а чудесным образом предъявленные лишь к рассмотрению ЗоЛУСов).

Председательствующий В.М. Филиппов неожиданно дает отмашку рассмотреть вызывные дела самым тщательным образом. Возможность высказаться получили все члены президиума. Несмотря на отсутствие вызванных, два вызывных дела рассматривали очень долго. Члены ВАК в очередной раз устали от Стандартинформа, проповедей проф. Нижегородцева и реплик проф. Порфирьева. В итоге две защищенных в Стандартинформе диссертации  со скрипом утвердили, но диссовету сделали замечание. Смысл его сводился к тому, что диссовет пропускает множество диссертаций одной и той же научной школы, текстуально совпадающие на 50 и более процентов и не удосуживается поставить вопрос о корректном оформлении совпадающих фрагментов и наличия ссылок на совместные работы, в итоге вынуждая ВАК тратить время на рассмотрение таких дел.

Примерно через час после этого на президиум было вынесено обращение замминистра Г.В. Трубникова по диссовету Стандартинформа. Секретарь зачитала суть обращения, где упомянуты систематические нарушения в деятельности совета в части сроков рассмотрения ЗоЛУСов. Немедленно у микрофона оказываются г-н Ломакин (член экспертного совета и по совместительству заместитель председателя диссовета Стандартинформа) и г-н Нижегородцев, прося слова. Из президиума был задан вопрос председательствующему: «А на каком основании мы должны их слушать? Какое отношение к представлению замминистра имеет экспертный совет?» Г-н Ломакин в микрофон: «В коридоре стоит представитель диссовета Стандартинформа, который готов объяснить причины задержки. Он продемонстрирует, что это сам «Диссернет» сознательно тянет время рассмотрения дел». Члены президиума — председательствующему: «Это — прецедент. Когда мы решаем судьбу диссоветов, мы никогда не выслушиваем их представителей. С чего бы в этот раз?» Председательствующий В.М. Филиппов членам президиума: «Хорошо, давайте так. Коллеги (Ломакин и Нижегородцев), присядьте, мы сейчас послушаем разъяснение министерства, если у членов президиума будут к вам (и диссовету Стандартинформа) вопросы, мы вас выслушаем».

Выступили два представителя министерства. По их словам, министерство завалено жалобами по поводу срыва сроков рассмотрения ЗоЛУСов в диссовете Стандартинформа: «Вот, посмотрите сами, иногда дела тянутся по два года. И самое плохое, пошли обращения в прокуратуру, которая то ли начала, то ли грозится начать проверки в министерстве. В общем, ситуация ненормальная. Надо что-то делать».

Председательствующий В.М. Филиппов: «Коллеги, как нам поступить? У членов президиума есть вопросы к министерству или диссовету Стандартинформа? Вопросов нет. Тогда речь, видимо, может идти либо о приостановке, либо о закрытии диссовета. Давайте проголосуем». Г-да Ломакин и Нижегородцев бегут к микрофону, на что один из членов президиума мгновенно заметил, что слова им никто не давал и по регламенту оно не положено (так как у членов президиума не оказалось вопросов к диссовету Стандартинформа!).

В итоге председательствующий В.М. Филиппов поставил вопрос на голосование без выступления представителей диссовета. За приостановку деятельности диссовета проголосовало 5 человек, за закрытие — 10. Было видно невооруженным глазом, что президиум устал от диссовета Стандартинформа и с удовольствием от него отделался как только появился повод. Всего в это время на заседании присутствовало 18 человек, решение принято.

Диссовет Стандартинформа был закрыт Приказом Минобрнауки России № 1131/нк с 25 декабря 2017 года [13].

А.А. Муравьев,
PhD, доцент департамента экономики Школы экономики и менеджмента
Санкт-Петербургского филиала НИУ ВШЭ

1. gazeta.ru/science/news/2017/05/26/n_10096313.shtml

2. scientificrussia.ru/articles/ekspertnye-sovety-vak

3. ria.ru/20130326/929081531.html

4. wiki.dissernet.org/tools/vsyakosyak/Stenogram-VAK-Medinsky.pdf

5. dissernet.org/publications/v_podderzhku_zolus_medinsky.htm

6. dissernet.org/publications/vak_ec_medinsky.htm

7. onr-russia.ru/content/VAK_Medinsky

8. dissernet.org/publications/o_ec_vak_po_economicheskim_naukam.htm

9. dissernet.org/expertise/antokhinayua2014.htm

10. dissernet.org/expertise/cyrenovdd2012.htm

11. dissernet.org/expertise/prokofievkg2014.htm

12. dissernet.org/publications/vak19042019.htm

13. dissernet.org/publications/trv_standartinform.htm

Связанные статьи

45 комментариев

  1. И свежий случай

    https://www.kommersant.ru/doc/4017760#b5493323

    Противостояние РАН и Высшей аттестационной комиссии (ВАК) вышло на новый уровень и затронуло третью сторону — Минобрнауки. Как стало известно “Ъ”, президиум ВАК отказался слушать доклад о фальсификации диссертаций, который полгода готовила комиссия РАН. Представителей академии не пустили на заседание, хотя до этого руководство ВАК публично заверяло, что их мероприятия всегда будут открыты для экспертов РАН. По итогам заседания ВАК сообщила Минобрнауки, что не видит нарушений, которым была посвящена значительная часть доклада РАН. Члены академической комиссии назвали действия ВАК «плевком в лицо РАН» и «попыткой подставить министерство». Вице-президент РАН Алексей Хохлов заявил “Ъ”, что обратится в Минобрнауки с требованием аннулировать решение ВАК.

  2. Все это очень конечно интересно читать. Однако, следует понимать, что в настоящее время идет очевидная атака РАН на ВАК. РАН хотела бы, чтобы ВАК был подчинен ей, а также правительству РФ (требование политеса). С учетом того, что РАН в большинстве других вопросов потеряла свои позиции, для них заполучить ВАК является возможностью получить хоть какие-то серьезные функции. Поэтому, чтобы не писали, речь не идет о расформировании ВАК. Речь идет исключительно о смене принадлежности ВАК. В независимости от того, кому будет подчинен ВАК, качество его работы не изменится. Более чем уверен.

  3. …Оччень внятно…
    Осталось только поставить вопрос — КТО НАЗНАЧАЕТ МИНОБРНАУКИ и КАКОЕ ОТНОШЕНИЕ Он имеет к развитию науки и РАН в частности…
    И если ВЫ-МЫ поставим ЭТИ вопросы и ответим на них = ВСЕ СТАНЕТ НА СВОИ МЕСТА…

    1. проблема в том, что вышеописанные процедуры голосования, выкатывание 100 страничных текстов за день до решения и все остальное описанное — точно также происходит и в РАН. Поэтому «оба хуже». Да, есть смельчаки, которые мужественно борются за науку…но это энтузиасты, которые не поддерживаются госструктурами и не будут поддерживаться в РАН. А поскольку они в РАН работают, то они окажутся в зависимости уже от этой организации и добьются того, что им придется вести себя спокойнее. В ВАК и МОН они чужаки — как бы себя не вели, работу не потеряют. Но когда они добьются таки перехода полномочий в РАН…ну будет тоже самое — только тогда уже высказываться им будет нельзя.

  4. «Предполагается, что с содержанием этих пачек бумаг члены президиума успевают познакомиться (и вникнуть в детали каждого дела) непосредственно на заседании». Это стиль работы любого коллегиального органа, когда его члены полагаются на мнение отдельных из них, более детально рассмотревших конкретные вопросы. Невозможно всем читать все и одинаково хорошо в этом всем разбираться.
    Так работает не только Президиум ВАК. В подавляющем большинстве научных журналов, включая журналы топового уровня, весь корпус членов редколлегии не читает весь состав поданных статей, а статьи распределяются между отдельными членами. Судьбу журналов в Скопусе решают не сотни редакторов сопоставимых журналов, а несколько экспертов и контент-менеджеров. Ученый совет крупного ВУЗа или НИИ также во многом ритуальный — вряд ли на Ученом совете НИУ ВШЭ условный М.С.Гельфанд сможет постоянно с голоса вносить в решения свои идеи.

    1. Во-первых, есть разница в том, происходит такая ситуация добровольно или принудительно. То есть люди имеют доступ к какой-то информации и сами отказываются от ее изучения и составления мнения по ней, полагаясь на каких-то своих товарищей, или когда они фактически лишены доступа и возможности изучения и составления мнения, и вынуждены полагаться на чужое мнение помимо своей воли. Во-вторых, для нормальной работы должен быть механизм выявления и исправления ошибок, в том числе, как разбираться с теми, на чье мнение полагались, но кто подвел и обманул доверие коллег.

      1. Тут есть серая зона. Информация есть и доступна, ни на ее изучение требуется время, которым ты фактически не располагаешь с учетом всяких разных обязательств.

        1. Взаимное доверие и время могут быть действительно в дефиците.
          Как на счет прозрачности работы ВАК по типу требований к прозрачности диссоветов и к оппонентам? Почему бы не публиковать видео заседаний ВАК? Давайте публиковать заключения экспертов ВАК по конкретным диссертациям, а также их публикационную активность на предмет соответствия публикаций теме диссертации. Может даже диссеропедить экспертов ВАК, хотя бы по новым диссертациям.

          1. Я вообще не вижу смысла в существовании ВАК и во всеобщем чинодральстве с диссертациями. Без докторской степени большинство стран в мире вообще прекрасно обходится. А кандидатская нужна в одном единственном смысле — получить позицию постдока в универе или НИИ. И эту диссертацию писать не обязательно. Достаточно предъявить набор приличных публикаций и обобщающее эссе.

            Если не делать из конкретной работы фетиш, то и с фальсификациями не будет проблем. Все эти безобразия существуют только в обществе цветовой дифференциации штанов. Науке это совершенно не нужно.

            Улучшать работу ВАК — это попытка заставить всех правильно делать совершенно бесполезную работу.

            «Бросая в воду камешки, смотри на круги, ими образуемые; иначе такое бросание будет пустою забавою.»

            1. Вы когда так пишете, то держите в голове пример США, а есть еще Германия и Франция, где ситуация ближе к нашей. Собственно, и наша система была в конечном счете заимствована оттуда. Если же переходить на американскую систему, то сначала надо приватизировать все вузы и НИИ, а потом уже отменять ВАК и степени.

              1. Европейские системы ближе к нашей только по формальным признакам. Идеологически, по тому, кому и для чего нужна ученая степень, принципиальной разницы там нет.

                Я к тому, что не от конкретных формальных процедур все зависит.

                1. Зависит от того, государственные образование и наука доминируют в стране или негосударственные. И от уровня культуры и соблюдения государством определенных норм. В наших условиях, отменять ВАК и степени — это значит еще больше развязывать чиновникам руки по насаждению «своих людей» в образовании и науке на любые посты, причем уже не только федеральным чиновникам, но и местным.

                  1. Дык, нынешняя ВАКовская система как раз и настроена на насаждение «своих людей» в образовании и науке.

                    1. Не без этого, но в отношении достаточно серьезных людей или интересов серьезных людей, которых и численно немного, и это требует от них определенных усилий. От снятия барьеров станет только хуже.

                      Об этом здесь уже когда-то шел разговор и возник мем «мэрской тещи». Речь шла о том, что любой мэр провинциального города легко сможет добиться от местного вуза, чтобы его теще дали ученую степень. А потом и поставить эту тещу руководить там.

                    2. А посмотрите на вопрос пошире. Сколько человеко-часов весьма квалифицированных людей съедает процедура диссертации. Сколько мудохается сам диссертант, оппоненты-рецензенты, диссовет, оформление всех бумаг, ВАКовская канитель? И все это съедает время (то есть деньги) выделяемые на науку.

                      Для защиты от мэрских тещ?Да и не работает и не будет работать никогда. Сделать диссертацию, которая со свистом пройдет все проверки, не так уж дорого (для мэра). Так что в сети Диссернета попадаются только самые скупые, кто хотел проскочить задешево. Безграмотных руководителей с совершенно чистыми (и пустыми по сути) диссертациями все равно полно. Формальная бюрократическая чистка не эффективна полюбому. А нормальным людям жизнь осложняет.

                      Это ведь не только с диссерами так. Бюрократия в любой системе так работает. Только мы почему-то относимся к диссертационному бюрократизму как к священной корове. И все думаем, как бы сделать эту ненужную для дела бюрократию эффективной.

                    3. С бюрократией в принципе Вы правы. Аспиранту при наличии нужного количества качественных статей в ВАКовских журналах обычно нужен год на правильное оформление самой диссертации, авторефертата, предзащиту, защиту, протоколы, отзывы, справки, свое дело (буквально). Именно этот последний бюрократический год отбивает у многих желание продолжать в преподавании или науке. Аспиранты даже сравнивают это с дедовщиной, когда много непонимающих в теме работы более «умудренных» пытаются усложнить жизнь. Самое феерическое мракобесие — это плагиат диссертации на свои же ВАКовские статьи и необходимость перефразировать ее содержание.

                    4. Ссылка на защиту по совокупности статей https://www.hse.ru/news/223488502.html
                      Хотя состав журналов, где были опубликованы работы этого конкретного защитившегося, недоступен для 99,9% аспирантов в силу разных причин. Если хотя бы одна статья опубликована в журнале RSCI и еще пара в журналах ВАК с импакт-фактором >1 по РИНЦ, то стоит разрешать готовить автореферат, брать рецензии из журналов на эти статьи вместо оппонентов, сразу на защиту без предзащиты. Пусть аспиранты выбирают: опубликовать реально качественные статьи или тратить лишний год на бюрократию

                    5. Приглядитесь на фото новости о защите диссертации по статьям в ВШЭ — как мучаются от безделья участники защиты. Сколько из них что-то делают со своими телефонами или ноутбуками, сколько просто сидит уставившись куда-то в стены. Даже уважаемый Болотов отложил на парту свой телефон на минутку для фотки. Прямо как первокурсники на поточной лекции не знают чем заняться когда ну никак не получается слушать лекцию.

                    6. При условии, что он там единственный автор

                    7. Сергей, с другой стороны, у тех, кто останется продолжать в науке и образовании, впереди еще много бюрократических лет — годовых и пятилетних отчетов, бумаг на должности и ученые звания, заявок и отчетов по грантам, программ и учебно-методических комплексов (для преподавателей) и т.д. и т.п. Так что надо привыкать и понимать, на что подписываешься.

                    8. “с другой стороны, у тех, кто останется продолжать в науке и образовании, впереди еще много бюрократических лет”
                      Совершенно верно! Это как раз и есть элемент ВАКовской системы отбора и насаждения «своих людей» — людей, готовых подчиняться и играть по нелепым бюрократическим правилам, получая за это бонусы в виде степеней и прочих сопутствующих преференций.

                    9. Леня, но другой науки и образования у нас нет.

                    10. “другой науки и образования у нас нет.”
                      И не будет, пока ВАКовская система отбора кадров остаётся в силе.

                    11. Предлагается интересная задача. Сколько стоила кандидатская степень от и до по вашей специальности семь лет назад — до того, как собутыльников запретили брать в оппоненты?

                    12. Для начала хорошо бы не предъявлять левых требований к диссертациям с других кафедр

                    13. В МГУ советы не ВАКовские, поэтому претензии не по адресу

                    14. Это здесь вообще не при чем. Если в организации есть два и более независимых подразделения по одной специальности, то они на диссертациях организуют внутреннюю конкуренцию, как веселые ребята, делающие вид, что выясняют, равно ли нулю выражение NP-P

                    15. «Два или больше независимых подразделений по одной специальности» — это для МГУ характерно. По специальности 010109 вероятно только для МГУ.

                    16. Ага,советы не ВАКовские, но бюрократии еще больше. Вся ВАКовсая, ведь по положению советы МГУ не могут предъявлять требования ниже ВАКовских, плюс собственная дурь

                    17. Для «мэрской тещи» ВАКовская степень – не барьер, а всего лишь неприятная, но решаемая заморочка. Такие виртуальные барьеры хуже их отсутствия, поскольку они создают вредную иллюзию положительного отбора. «Мэрских тещ» гораздо эффективнее отсекать жёсткими объективными библиометрическими показателями – к примеру, наличием полноценных моноавторных статей в журналах уровня Q1-2. Теоретически, такие показатели тоже можно симулировать ”при современном развитии печатного дела на Западе”, но это уже существенно сложнее.

                    18. Леня, вы на каком уровне предлагаете установить это правило? Если на федеральном, то по любому нужна федеральная инстанция, чтобы за этим следить. А если отдать решение на уровень вузов, они никогда такого правила не примут, они же не враги себе — тогда вообще почти никто защищаться не будет в стране.

                    19. Правила могут варьироваться в зависимости от уровня должности, области науки и т.д.

                    20. Леня, правила не существуют сами по себе. Их придумывают и принимают живые люди. И не так, как вам или мне хочется. Вопрос в том, кто, на каком уровне и из каких соображений.

                    21. «тогда вообще почти никто защищаться не будет в стране»

                      Вот и замечательно!

            2. В этой связи вспомнилось. В советское время говорили о том, что надо воспитывать у людей «чувство хозяина». Злые языки шутили, что это все равно что воспитывать у зайца «чувство волка».

    2. так вот пусть и в ваке будет независимое рецензирование несколькими экспертами. Оно сегодня есть? Нет. Так что спорить о пустом, о том, чего просто нет. Ритуальные присуждения степеней за послушность системе и выполнение крючкотворных требований к автореферату — это нужно стране?

  5. Это еще и клеймо великой мудрости властьпредержащих. Известно же, что концентрация обладателей липовых диссертаций среди функционеров режима и депутуток зашкаливает. Не скумекали ведь что это все равно, что за свои же деньги выложить в интернет нотариально заверенную расписку — я, имя рек, плагиатор, жулик и сильно не сократ. Считай навечно …. ну может временно — до по глупости организуемой ими же Последней Войны. Еще пример — г-ну Миллеру похоже удалось сделать убыточным Газпром — приказал строить Поток-2 без согласия Дании, теперь 10 млрд в убыток? Естественно, не поймите превратно — не все во власти столь мудры. Но тенденция явная — и понятно — кому ближе идеалы Вертикали — Эйнштейну или унтеру Пришибееву? А кто умнее будет?

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *